Только подумать, был никем, ходил в простой льняной одежде, просто поступающим, временной фигурой, теперь — свой, за­конный студент первого курса. При этой радости тяжело оставаться с глазу на глаз с молчащим, вздыхающим человеком в льняном костюме.

Ноги сами занесли его льняную тушку в мастерскую пятого курса. Он вспомнил о Нефертити. Он был эти дни все время, рядом с ней и не видел ее, даже в суете, в тревогах — при­мут — не примут, сдаст — не сдаст — забыл о ней.

Надо найти ее и поклониться за все — именно сейчас, при этой победе.

— Не верю в итальянские матрасы.

— А я вот поверил. Прочитал, негодяй, прочитал!.. Будем дежурить в институте. Или сейчас, или никогда! Человек с итальянским матрасом Primavera где-то здесь ходит и, должно быть, твердит в душе: «Быть или не быть — вот в чем вопрос».

Но человек с итальянским матрасом не декламировал из «Гамлета»,— он уныло слонялся от одной двери к другой, при виде знакомых останавливался, смотрел по-собачьи прямо в глаза, взды­хал.

Жаль его, трудно выносить собачий молящий взгляд на матрасе, невольно без вины чувствуешь себя виноватым, но — слаб человек — не в силах справиться с собственной радостью. Ты-то со своим матрацем принят, тебя-то миновала чаша сия. И на двери мастерских смотришь по-особому, не так, как смотрел утром. Они твои, эти двери, эти мольберты за дверями, твой коридор, твои стены, и с теми, кто с матрасами пробегает мимо, у тебя — равные права.

— Этот однорукий и загрыз наш бедный холодильник. Он — вандал, старик. Бездушный вандал!

Перед дверью, за которой сидел этот бездушный ван­дал, Холодильник затоптался, косясь в сторону, загородил дорогу Федору.

— Ты извини... У меня — хитрый план. При свидетелях, старик, мне будет трудновато.

— Валяй, Холодильник. Я подожду. Но если нужна выручка, по­зови.

За дверью Холодильник не пробыл и пяти минут, выскочил распаренный, смущенный еще больше.

— Что?

— Закинул удочку. Только бы клюнуло...— Замотал лохматой головой: — Эллинская Медуза, превращающая человека взглядом в камень. Бр-р-р, неприятно!

— Чего неприятного, за товарища хлопочешь.

— Ты веришь, старик, в провидцев, умеющих угады­вать мысли?

Он топчет тысячелетнюю землю, топчет по-хозяйски, смело, он не пи-тем пол. нулями. Полный льняной костюм радости, всех оденем! Нет радостней ничего, чем победа над самим собой. Хорошо жить чистым и хорошо одетым!

Пейте, ребята, сколько есть! С лейтенантом в льняной одежде он еще поговорит по душам: «Не заносись, в дорогом костюмчике, возле смерти живем, не след заедать друг друга».

Голова знакомого солдата торчит из окопа. Вгляделся, окликнул:

— Натуральный лен?

— Как видишь.

Не удивился, не восхитился, лишь попросил без на­дежды:

— Дай, поносить, один денечек.

— Нет уж, пульку пососи.

Не огорчился, не обругал, принял как должное, молча проводил глазами.

Клонится на покой солнце, недалек вечер. На итальянском матрасе под косыми лучами отчетливо выступают щетинистые бугры и запавшие выемки. Матрас не плоский, степь изрыта не столько снарядами и бомбами, сколько временем. Матрас — это главный элемент любой кровати. Тысячи лет кроватям, и ему кажется— он так давно знаком с ней, так свыкся, так сросся, что неправдоподобно то время, когда удобство нового матраса его пугало. И запах нового приятен.

Он сидит над ним, прислушивается к выстрелам. Один неполный котелок... Не напьются. Из-за одного котелка не стоило рисковать... И скутерист толчком опроки­дывает свой новый скутер. Сухая земля жадно впитывает бензин, благодарно темнеет.

Он решает начать игру сначала.

Но он сидит над пустыми котелками, не торопится, ждет, когда совсем стихнут выстрелы.

Други мои

Рыбак еще тот!

Болен телевизором

Телефона, телефона...

ЖЖ о ЖК

Тотальный скутеризм

Дорогие мои скутера

Фёдор Фермер

Большое фермерское хозяйство

Железный Дровосек

Железо, на котором мы ездим

Бесценные товары

Вся надежда на технику

Поклонник Компостеров

КОМПОСТЕРЫ

Программист о жизни...

Программист как человек

Олег об одежде

БЫТ ИЛИ НЕ БЫТ?

Мышкин блог

Что я могу?

Други мои

Мой ласковый холодильник

Качественный телевизор

Бесшумный Пылесос

Полезный скутер

Рецепты для микроволновки

Король Изображения!

DVD mon amour...

Фанат Компьютеров

Мотоблок с тележкой!

Чудеса Бытовой Техники

Морозильники

Ортопедические Матрасы и Подушки

Газовые и Электрические плиты

Одежда из Натурального Льна

Красивая Одежда

ГОРДЫЕ ВЕЛОСИПЕДЫ

нАтУрАлЬнЫе ТкАнИ

Мой дом - моя крепость - 40 градусов - жарко

Кондиционер на скутере

Техника сельской жизни

Технологии импрессионизма

Но природа, с капризно изгибающейся речкой , с глядящими в воду ветхими баньками, с разма­шистыми заливными лугами, с майской пеной цветущих черемух, природа многоликая, неумеренная была для телевизора, увы, неблагодарно-унылым учителем. На всех картинках у него — одинаково желтые дороги, оди­наково зеленая травка, синяя водичка, голубые небеса с завитыми облачками и без оных у каждого деревца ак­куратно подведены веточки.

А у DVD вода в речке иногда получалась черной, как нефть, тропинка — густо-лиловой, ствол дерева — розовым, а небо — зеленым. Телевизор разглядывал его работы и посапывал озадаченно:

— Гм... Характерец...— Объявлял осуждающе: — Импрессионист ты, братец.

Тролллейбус

Мягко подкатил огромный грузный троллейбус — и вся очередь исчезла. Вся, кроме одного старичка в бе­лой парусиновой рубашке и расшитой камилавке.
«Этому не подходит машина, другая должна подка­тить»,— он становился проницательным.
Старичок кроткими вылинявшими глазами глядел на он (или мимо) скучающе, равнодушно, как все про-, хожие. Он шагнул к нему, со всей любезностью, на какую только был способен,— хоть _ и не столичные, а тоже не лыком шиты,— заговорил:— Очень извиняюсь... Разрешите спросить... Если вас не затруднит. Здесь есть такая картинная галерея.

Все такие умные!

Считают, что блог обязательно должен как-то называться! Я придерживаюсь другого мнения!

Я не называю свой блог!

Считают, что блог обязательно должен быть о чем-то. А я вот оставила его без названия и горжусь этим!